путь :: МКФ Крок :: Архив :: Крок 2003 :: Статьи :: Секреты маленькой компании

СЕКРЕТЫ МАЛЕНЬКОЙ КОМПАНИИ

Как обычно, международный фестиваль анимационных фильмов «Крок» прошел на воде.

В этом году четырехпалубный «Генерал Ватутин» плыл по Днепру с выходом в Черное море. В море теплоход болтало, но никто уже не мог определить, отчего всех тошнит: от пятибалльных волн или бесконечных просмотров. Сотни фильмов — смешных, многозначительных, наивных, медитативных и просто бессмысленных — сплетались в один клубок, и казалось, что жюри никогда не сможет его распутать. Жюри возглавлял российский режиссер Михаил Алдашин, автор уморительных «Букашек», награжденных в этом году «Никой». Из иностранных знаменитостей в жюри были англичанин Фил Маллой (его гротескные, с привкусом черного юмора картины один из двух, наряду с Давидом Черкасским, бессменных президентов фестиваля Эдуард Назаров назвал «веселая похабень»), финка Катарина Лиллквист и венгр Ференц Цако, работающий в очень тонкой и поэтической технике сыпучих материалов и даже выступающий в необычном жанре «анимационного шоу», где он прямо на глазах публики создает из песка изображения, которые проецируются на большой экран.

Разобраться им удалось, но, судя по результатам, удивившим многих профессионалов, не без крови и взаимных компромиссов. Безусловными все сочли только два приза. Во-первых, Гран-при, которым отмечен страстный и очень живописный фильм «Про раков» россиянина Валентина Ольшванга: мрачная северная легенда о происхождении раков, в которой слышны отголоски множества древних мифов — от истории о девушке, полюбившей чудовище, до Медеи, убившей своих детей. Жестокий языческий сюжет со страшноватыми приговорами и заклинаниями смешивается здесь с мягкой сказочностью, нежной любовной историей и бытовыми деревенскими деталями, и все это соединяется в чуть-чуть «плывущем» теплом изображении. Причем технология, в которой Ольшванг сделал картину, очень сложна: процарапывание по пленке с втиранием в нее краски он дополняет изысканной техникой живописи по стеклу. Второй приз, по поводу которого не возникло сомнений и споров, вручен в номинации «фильмы свыше 30 минут». Его получил француз Сильвен Шоме за «Свидание в Бельвилле». Эта полнометражная лента уже побывала на многих фестивалях, включая Каннский, и всюду принималась с восторгом, но по каким-то продюсерским соображениям только на «Кроке» была заявлена в конкурс. В «Свидании» соединились лирическая медлительность, энергичная пародия на детектив и нуар, злая насмешка над Америкой и упоительная музыка.

Наши зрители, видя по телевизору только классические советские мультфильмы и их же покупая детям на кассетах, уверены в том, что анимация на территории бывшего Союза закончилась в 80-е годы. А она живет. Хоть и мало, но продолжают снимать фильмы мастера, завоевавшие безусловный профессиональный интерес еще в советское время (на нынешнем «Кроке», к примеру, демонстрировалась лента эстонца Рао Хейдметса «Инстинкт» и лента «О рыбаке и рыбке» российского кукольного классика Натальи Дабижи, неожиданно разыгравшей на экране сказку Пушкина (ее читает Олег Табаков) как театр, где рыбка — девочка из бродячей труппы, море — синяя тряпка, а дворец — расписная фанера). Появилось и немало новых талантливых режиссеров, чьи фильмы берут главные призы на самых престижных международных кинофестивалях. Но если мы и видим по телевизору какие-нибудь их работы, то разве что анимационную рекламу и заставки, изготовлением которых подрабатывают почти все мультипликаторы, включая великого Юрия Норштейна и «оскароносца» Александра Петрова.

Пока зрители не видят наших современных мультфильмов, есть только одна возможность оценить, как именно развивается постсоветская анимация — фестиваль. Именно он служит ситом, из которого одни фильмы заслуженно отправляются в мусор, а другие — в путешествие по мировым конкурсам. Те, которые «остались на сите», и составляют картину сегодняшней постсоветской анимации. Которая, надо сказать, выглядит не хуже любой другой в мире. Надо сказать, когда слушаешь рассказы аниматоров из бывших республик о своих проблемах, кажется, что мы и не расставались.

Советская анимационная школа была исключительно сильной. Когда рухнула империя и всем стало не до мультфильмов, многие аниматоры уехали работать за границу и очень неплохо там устроились. Тогда бывшие советские, а теперь национальные анимационные студии, оставшиеся в руинах, долгое время зарабатывали тем, что делали техническую работу для западных сериалов (одним из самых крупных субподрядчиков во всей Восточной Европе был украинский «Борисфен»). Для многих это до сих пор — главная статья доходов. Кстати, субподрядчиком «Свидания в Бельвилле» была латышская анимационная студия, продюсер которой оказался достаточно сообразительным, чтобы в качестве оплаты попросить часть прав на фильм. И таким образом став одним из владельцев картины, которая сейчас с фурором идет по всему миру.

В остальном положение с анимацией в России, Украине, других бывших советских республиках примерно одинаковое: крах государственных студий, начало образования новых, частных, устаревшее оборудование, проблемы со школой и очень небольшое, по сравнению с прежним, государственное финансирование (об этом в один голос говорили и белорусы, и армяне, и прибалты, и единственный узбекский режиссер Сергей Алибеков, привезший на «Крок» очень любопытную пластилиновую картину «Эхограмма»).

Традиционно наши мультипликаторы выглядят убедительно в категориях «детская анимация» и «авторское кино». Наши мультфильмы для малышей — остроумные, обаятельные, внятные. Это понятно: за рубежом хорошего детского кино очень мало: в основном делают глуповатые коммерческие сериалы и помпезный полный метр. На нынешнем «Кроке» лучшим среди фильмов для детей был признан «Нехороший мальчик» россиянина Олега Ужинова — веселая и назидательная лента с гротескной графикой про маленького вредину, ябеду и вруна, естетвенно, наказанного в финале за свои проделки. Среди авторских фильмов, представленных на фестивале, кроме «Про раков» Валентина Ольшванга, я бы отметила и «Медленное бистро» Ивана Максимова — милый сюжет о посетителях придорожного кафе, томящихся в ожидании, когда им принесут еду. Главный максимовский гэг — его знаменитые человечки (кто многоглазый, кто длинношеий, кто большеухий), которые, изнемогая от безделья, принимают фантастически причудливые позы и формы.

А вот в номинации «эпизод сериала» в конкурсе нынешнего «Крока» не оказалось ни одного российского представителя. Между тем во всем мире считается, что анимация — искусство, способное зарабатывать огромные деньги. И главный способ для этого — продажа на телевидение мультсериалов, желательно пакетами по 52 штуки (то есть по одному в неделю в течение года) и длиной по 26 минут (полчаса показа с учетом рекламы). Создать отлаженное, «поточное» производство сериалов — дело технологически сложное и затратное; у нас этого не умеют, поэтому на телевидении и крутят только западные и восточные сериалы, причем — из экономии — не первой свежести. А отечественные аниматоры разве что включаются в иностранные сериальные проекты, беря на себя техническое исполнение чужих заданий. К перспективам же создания собственных мультсериалов продюсеры пока относятся довольно скептически. Дело в том, что изготовление минуты анимации у нас хоть и меньше, чем во всем мире, но все равно, по самым скромным оценкам, семь-восемь тысяч долларов. Наше же телевидение покупает зарубежный мульт-секонд-хэнд буквально «на вес», чуть ли не по 20 долларов за минуту. Естественно, при таких ценах надежд на то, что какой-то канал будет готов заплатить за первый показ отечественного проекта хотя бы по 500 долларов за минуту, немного, а насколько им заинтересуются зарубежные покупатели — пока неизвестно.

Впрочем, от коммерции мультипликаторам все равно не увернуться. Главный способ заработка наших анимационных студий сегодня — это так называемая прикладная анимация: реклама, клипы, заставки для телевидения и Интернета, компьютерные игры и образовательные фильмы. Среди последних на нынешнем «Кроке» вне конкуренции была третья серия фильма Дмитрия Высоцкого и Андрея Сикорского «Когда девочка взрослеет». Первые две его серии, заказанные изготовителем противозачаточных препаратов и поддержанные российским министерством здравоохранения, уже показывали на фестивале российской анимации в Суздале. Тогда зал умирал со смеху, глядя на яйцеклетку, которая величаво плыла под песню Мэрилин Монро «I Wont To Be Loved By You», а потом, неоплодотворенная, выскакивала наружу, и волоски, стоявшие торчком вдоль ее пути, с хоровым мужским вздохом опадали. В новой серии, рассказывающей школьникам про зачатие, хитами был хор яйцеклеток, поющий детскими голосами «Из чего же сделаны наши девчонки», и погоня табуна сперматозоидов за яйцеклеткой под хачатуряновский «Танец с саблями». Высоцкий рассказывал, что восхищенное министерство здравоохранение уже задумалось о сериале про взросление мальчика, а набравшийся знаний Сикорский на традиционном карнавале аниматоров, который проходит в конце «Крока», вышел в костюме, состоящем из множества надутых шариков, и сказал, что он обозначает «синдром лютеинизации неовулировавшего фолликула».

Конечно, рассказывая о «Кроке», невозможно не упомянуть об иностранных фильмах: все-таки фестиваль международный, с огромным количеством стран-участников. И правда: отличных фильмов было немало, в том числе тех, которые уже имеют призы других фестивалей. Но не в первый раз обнаруживается, что зарубежные знаменитости часто уезжают с «Крока» вообще без наград. Например, взявший в этом году главный приз на самом престижном в мире анимационном фестивале в Аннеси японский фильм «Голова-гора» (про человека, у которого на голове выросла сакура) на нашу публику особого впечатления не произвел. Так же, как который год не имеет успеха на «Кроке» один из самых признанных американских аниматоров, автор знаменитых зайцев на MTV — Билл Плимптон.

В этом году среди фаворитов оказались фильмы, сделанные в необычных техниках. Например, соединяющий рисунок с фотографией австралийский «Па», где в кадре постоянно бегает фото саркастического старикашки. Или австрийский «Быстрый фильм» — смешной и захватывающий детектив, сложенный из мелко нарезанных кадров знаменитых фильмов, как будто проецирующихся на сложные поверхности, отчего актеры вроде Хэмфри Богарта попадают в фантастическую среду. Американская шутка «Секс на крыше» с помощью техники «стоп-кадра» создавала эротические сцены между двумя настоящими креслами — обивка от их страстных трений лопалась, а в «реалистическом» финале за это попадало от хозяйки ни в чем не повинному коту. В чешском фильме «Пигмалион» смешной нарисованный человечек создавал себе из настоящих костей и мышц (он таскал их грудами, как из мясной лавки) живую девушку. Она вставала с листа и уходила по полю, а плоский человечек в отчаянии бился об край бумажного листа, на котором он был нарисован.

Среди традиционных техник очень стильной, с тонкой восточной графикой была корейская сказка «Старик с мешком» (в селе все боялись старика, никогда не снимавшего с плеч огромный мешок, а когда он умер, оказалось, что это мешок с камнями, который удерживал его на земле — в финале тело взмывало в небеса). Самой смешной картиной на «Кроке» назвали действительно уморительную японскую фальшивку «Парные прыжки на лыжах с трамплина»: сделанный в технике 3D–анимации фильм изображал телетрансляцию с какой-то грядущей Олимпиады.

Украина в этом году выставила в конкурсе картин совсем немало — больше десяти. Но в основном это была довольно посредственная заказная анимация: клипы и реклама. Тем не менее прогнозы относительно будущего этого искусства здесь, скорее, оптимистичны: в стране мужает плеяда молодых режиссеров и художников. Вот и на нынешнем «Кроке» наряду с фильмом «Компромикс», который патриарх украинских аниматоров Евгений Сивоконь сделал в редкой технике сыпучих материалов, в конкурсе был представлен забавный сюжет его ученика Анатолия Лавренишина — «Следующий». Про безмятежную очередь к гильотине, в которой люди начинают нервничать и ругаться, когда в «приборе по усекновению голов» что-то заедает. Был и еще один заметный украинский участник — Александр Жуков, мастер 3D-анимации, в основном делающий рекламу для западных фирм и компьютерные заставки для игр, показавший на фестивале свою работу «Модель альтернативного мира». Но всеобщего любимца, каким в прошлом году стал Степан Коваль с чудесным пластилиновым фильмом «Шел трамвай №9», в этом году Украина не предъявила.

Правда, говорят, что Александр Бубнов, когда-то сделавший на «Борисфене» один из лучших фильмов постсоветского периода — «Последнюю жену Синей Бороды» — вернулся из Франции на родину и начинает новую работу, но это уже дело будущего.

Дина Годер, газета "Столичные новости"

© Международный фестиваль анимационных фильмов «КРОК»
вопросы, замечания, пожелания принимаются по адресу krokfestival@gmail.com